27 октября, спустя три года после кровопролитного нападения ХАМАС 7 октября, в Израиле пройдут парламентские выборы, которые многие называют важнейшими в истории государства. Они не только определят политическое будущее Биньямина Нетаньяху и его оппонентов, но и наглядно покажут, чего хочет израильское общество после перенесенных военных и политических потрясений, пишет Русская служба Би-би-си.
Большинство экспертов согласны, что после 7 октября речь больше не идет о борьбе левой и правой идеологий, поскольку левый фланг израильской политики сильно поредел.
На этих выборах израильтяне будут главным образом голосовать за фигуру, способную не только предложить новую стратегию безопасности — что является главным пунктом внутренней израильской повестки, — но и ответить на многие накопившиеся в обществе вопросы: как вообще стала возможна массовая резня 7 октября, кто за это ответит и каково будущее демократических институтов в государстве.
За 120 мест в Кнессете борются 37 партий. Ожидается, что лишь около 11 из них преодолеют электоральный барьер в 3,25% и пройдут в парламент, после чего одному кандидату предстоит сформировать жизнеспособную правящую коалицию. Для получения большинства в парламенте партии или блоку необходимо набрать 61 мандат.
Формально премьер-министром может стать лидер любой партии, преодолевшей электоральный барьер, если он способен сформировать коалицию, пользующуюся поддержкой большинства депутатов Кнессета. Тем не менее обычно право первым попытаться сформировать правительство получает лидер партии, завоевавшей наибольшее число мандатов.
Также при определенных договоренностях может быть рассмотрена схема ротации главы правительства.
Кто участвует в гонке за кресло премьер-министра, каковы шансы Биньямина Нетаньяху удержаться у власти и как исход выборов отразится на ближневосточном регионе?
Нетаньяху: устаревшие лозунги или стратегия?
Биньямин Нетаньяху идет на эти выборы, прибегая к проверенной тактике, которая десятилетиями помогала ему побеждать, но в этот раз, считают многие эксперты, ее может не хватить.
Недавно он заявил, что вопрос стоит так: либо снова правое правительство, либо палестинское государство, которое непременно появится при любом другом правительстве.
Политолог и бывший советник Нетаньяху Ариэль Булштейн считает, что после 7 октября создание палестинского государства вообще не рассматривается, но, по его мнению, Нетаньяху прав, ставя вопрос таким образом, исходя из чисто математических расчетов.
«В предвыборных разговорах ни одна партия не упоминает вслух тему палестинского государства. Но не пройдет и дня после выборов, когда надо будет составлять коалицию, у противников Нетаньяху не будет никакой математической альтернативы, кроме как опереться на арабские списки. А для них создание палестинского государства — это самый главный вопрос», — говорит Булштейн в интервью Русской службе Би-би-си.
Противники Нетаньяху говорят, что он уже тридцать лет использует одни и те же предвыборные лозунги, которые в нынешних израильских реалиях уже неактуальны.
«После резни 7 октября люди с левого края израильской политики даже не рассматривают вопрос палестинского государства. Ни для одной из сторон этот вопрос не стоит. Но для Биби — это лейтмотив каждой его кампании, и это просто нелепо», — считает израильский политический обозреватель Таль Шнайдер.
По ее словам, израильское общество больше всего боится внешних врагов, и в глазах большинства Нетаньяху все еще больше других способен противостоять им, но к нему накопилось слишком много вопросов.
До сих пор не создана комиссия по расследованию обстоятельств нападения 7 октября, никто в руководстве страны не понес ответственности за этот страшный провал в обороне, ХАМАС не разгромлен, Иран не остановлен.
Во внутренней политике, говорят критики, Израиль все больше превращается из либеральной демократии в авторитарное государство, в котором постепенно разрушается система сдержек, ограничивается независимость судебной власти и усиливается влияние религии.
Для многих израильтян предстоящие выборы — это последний шанс остановить этот процесс, говорит Шнайдер.
«То, что Нетаньяху из раза в раз побеждает и этим бесит своих противников, — это и есть демократия, это именно так работает. Он просто очень силен в политике, вот и все», — уверен Булштейн.
Предвыборные опросы показывают, что Нетаньяху и его коалиция стабильно, хотя и немного, уступают блоку оппозиции во главе с Гади Айзенкотом.
Всего за девять дней до выборов президент США Дональд Трамп решил наконец открыто поддержать Биби.
В публикации в социальных сетях Трамп назвал Нетаньяху «великим премьер-министром-воином» и выразил ему свою «полную и безоговорочную поддержку».
Трамп также намекнул на возможность возобновления совместных боевых действий против Ирана, если «иранские власти без промедления не изменят свое поведение».
Иранская угроза и перспектива ее устранения — крайне важные вопросы для израильтян, поэтому, возможно, заявление Трампа немного укрепит позиции Биби в оставшиеся до голосования дни.
Гади Айзенкот — главный соперник Биби
Практически всегда в истории Израиля политические блоки формировались на основе общих идеологических взглядов, однако за время правления Биньямина Нетаньяху, который дольше всех занимает пост премьер-министра, на политической карте Израиля стали появляться союзы, которые прежде казались невозможными.
Сейчас основной соперник Нетаньяху и его ультраправой коалиции — лидер партии «Яшар» («Вперед») Гади Айзенкот. В блок с ним уже сейчас готовы войти партии самого разного толка — правые, левые и центристы, объединенные желанием отстранить Нетаньяху от власти.
По мнению многих, Айзенкот — самый серьезный оппонент Нетаньяху за последние десятилетия. Он центрист с уклоном вправо в вопросах безопасности и вполне может забрать ту часть исконного электората Биби, которой давно хотелось альтернативы в рамках своего идеологического лагеря.
Айзенкот, выступающий за привлечение виновных к ответственности, политические реформы и национальное единство, резко критикует руководство Нетаньяху за его действия как до, так и после нападения ХАМАС 7 октября.
Поддерживая военные операции Израиля, он в то же время утверждает, что у правительства нет четкой стратегии, и призывает провести независимое расследование провалов, связанных с нападением 7 октября.
Гади Айзенкот — бывший глава Генштаба, ему 66 лет. Коллеги описывают его как серьезного, прямолинейного человека, не умеющего лавировать.
«Он также скорбящий отец. В декабре 2023 года он потерял сына, который погиб в бою в Газе. Это ставит его в уникальное положение, потому что Израиль все еще находится в шоке от кошмара 7 октября. Люди видят в нем человека, который принес самую большую жертву в этой войне — жизнь сына», — говорит политический обозреватель Таль Шнайдер.
По ее словам, он не станет заниматься созданием палестинского государства, но будет обеспечивать соблюдение израильских законов. Например, он пообещал вернуть меры наказания в отношении поселенцев, которые терроризируют палестинцев на Западном берегу.
«Он бывший глава ЦАХАЛ, а значит, ему можно доверять в вопросах безопасности. 90% этих выборов строится именно вокруг безопасности», — считает Шнайдер.
Политолог Ариэль Булштейн согласен, что Генштаб в анамнезе автоматически дает Айзенкоту много баллов, но считает, что он не является самостоятельной политической фигурой.
«Просто противники Нетаньяху выбрали себе нового мессию, как за последние 20 лет выбирали на эту роль Ципи Ливни, потом Лапида, потом Ганца, — говорит Булштейн. — Сейчас это Айзенкот. Мы ничего про него не знаем как про самостоятельную политическую фигуру. А если он проиграет, то никогда и не узнаем, потому что через четыре года ставка будет сделана на кого-то другого».
Математика выборов и арабский фактор
Соцопрос одного из ведущих израильских новостных ресурсов Walla, опубликованный ровно за неделю до выборов, показал, что в результате выхода из гонки лидера партии «Кахоль-Лаван» Бенни Ганца и перераспределения его голосов в блоке оппозиции разрыв между двумя крупнейшими партиями — «Яшар» («Вперед») Гади Айзенкота и «Ликудом» Биньямина Нетаньяху — увеличился до четырех мандатов в пользу оппозиции.
По предварительным прогнозам, «Яшар» может рассчитывать на 23 места в Кнессете, «Ликуд» — на 19.
Партия Нафтали Беннета «Бе-Яхад» («Вместе») из оппозиционного блока также укрепила свои позиции и может получить до 14 мест. Другие союзники Айзенкота — Яир Голан («Демократы») и Авигдор Либерман («Наш дом Израиль») — пока набирают девять и восемь мандатов соответственно.
Правые религиозные партии ШАС, «Яхадут ха-Тора», «Оцма Йехудит» («Еврейская сила») Итамара Бен-Гвира, «Религиозный сионизм» Бецалеля Смотрича и национал-либералы из «Зеут» («Идентичность») во главе с Моше Фейглиным, согласно соцопросам, могут претендовать в среднем на 6–8 мандатов.
Арабским партиям, которые не входят ни в один блок, в совокупности прогнозируют 15 мест в парламенте.
Таким образом, ни один из блоков не набирает необходимого 61 мандата. Это означает, что состав будущего правительства, вероятно, будет зависеть от нескольких небольших партий, балансирующих на грани преодоления избирательного барьера в 3,25%.
«Слева в этот раз потери голосов нет, там произошли правильные объединения. А для Нетаньяху результаты выборов будут зависеть от того, сколько партий не преодолеют электоральный барьер и сколько голосов сгорят. На данный момент есть несколько маленьких списков, которые принадлежат к право-религиозному блоку и которые могут не набрать минимум. Суммарно эти списки набирают не меньше 200 тысяч голосов, это в израильских политических реалиях — четыре мандата в Кнессете», — говорит Ариэль Булштейн.
Также очень важно, насколько Нетаньяху удастся поднять явку в традиционных для «Ликуда» регионах хотя бы до среднего уровня по Израилю, объясняет эксперт. В прошлый раз, говорит он, правый лагерь победил очень убедительно, но в традиционно проликудовских городах процент явки был низким.
Один из ключевых вопросов на этих выборах — готовы ли оппозиционные партии объединиться с арабскими списками ради формирования правительства.
Традиционно еврейские блоки неохотно включают арабов в правящие коалиции, но прецеденты были.
В недавнем прошлом в правящую коалицию Нафтали Беннета в 2021—2022 годах входила арабская партия, хотя ее представители не занимали министерских постов.
«До сих пор обе стороны израильской политики заявляли, что не пойдут на коалицию с арабскими партиями. В этом случае может случиться дедлок (патовая ситуация, при которой ни один из блоков не набирает 62 мандата, и правительство не может быть сформировано. — Би-би-си). Но в израильской политике все может поменяться за одну ночь, как уже было не раз. Я не удивлюсь, если какие-то предвыборные обещания просто вылетят в окно», — говорит Таль Шнайдер.
По ее словам, опираться на предвыборные опросы трудно из-за тонкостей израильской избирательной системы.
«Но можно точно сказать, что мы ожидаем высокую явку. И в частности — среди арабского меньшинства, что может значительно повлиять на исход выборов», — считает Шнайдер.
Что выборы в Израиле значат для региона?
Многие аналитики отмечают, что во внешней политике, в отличие от внутренней, у главных израильских игроков принципиальных различий в повестке нет, по крайней мере, на уровне предвыборных обещаний.
После 7 октября вопрос создания палестинского государства вычеркнут из повестки даже тех партий, которые раньше готовы были его обсуждать. Именно поэтому блок Айзенкота (если победит) попытается любыми способами избежать коалиции с арабскими партиями.
Но есть общее мнение, что с Айзенкотом станут возможны процессы, которые застопорились либо вообще не начались при Биби.
Для палестинцев в Газе смена правительства в Израиле может означать прекращение боевых действий и начало международных усилий по восстановлению сектора согласно 20-пунктному плану, предложенному Трампом в сентябре 2025 года. Для палестинцев на Западном берегу — защиту от насилия со стороны поселенцев.
«Если Израиль покажет, что не допустит разбоя, который творят еврейские поселенцы на Западном берегу в отношении палестинцев; если Израиль продемонстрирует готовность к сотрудничеству с западными партнерами по Газе; если мы изменим наш алгоритм действий в Ливане, возможно, тогда что-то начнет меняться», — считает политический обозреватель Таль Шнайдер.
Эти шаги помогут Израилю прежде всего восстановить отношения со своими ближайшими союзниками в регионе — Египтом и Иорданией — и, возможно, ослабят международную изоляцию, в которой страна оказалась из-за войны в Газе.
Но в целом, по словам экспертов, они не ожидают больших прорывов в региональной политике даже при смене правительства, возможно, за исключением сирийского направления. По некоторым данным, в израильских политических и силовых структурах идут дискуссии о том, как выстраивать отношения с новыми властями в Дамаске во главе с Ахмедом аш-Шараа.
Самым сложным направлением для урегулирования был и остается Ливан, даже несмотря на то, что летом этого года стороны подписали в Вашингтоне рамочное соглашение о путях окончания войны между Израилем и поддерживаемой Ираном группировкой «Хезболла».
«Хезболла» остается активным игроком ливанской политики и активной военной силой на границе с Израилем, и ни одно, даже самое умеренное, правительство не сможет игнорировать угрозу на своих северных рубежах.
По мнению большинства экспертов, будущая стратегия Израиля в отношении Ливана и Ирана будет зависеть от степени вовлеченности Соединенных Штатов и их ближневосточной повестки.
А степень и угол этой вовлеченности будут зависеть от результатов ноябрьских промежуточных выборов в США.
«Если демократы получат большинство в одной или обеих палатах Конгресса, у них появятся новые парламентские инструменты для влияния на политику в отношении Израиля и Палестины. Но самое главное — предлагаемые ими законопроекты заложат основу политики, которой будет руководствоваться будущая демократическая администрация», — считает Хади Амр, научный сотрудник программы по Ближнему Востоку и Северной Африке британского Королевского института международных отношений Chatham House.