Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Открытие дверей тюрем — лишь первый шаг. Нам необходима политическая амнистия». Тихановская — о визите Коула в Минск
  2. Каким образом Николай Лукашенко мог одновременно учиться в Китае, служить в армии, а потом и летать с отцом в командировки — эксперт
  3. «Надо было любить президента». Эксперты ООН опубликовали новые подробности о пытках и бесчеловечном обращении в Беларуси
  4. Кто стоит за «гусем», о котором говорил Лукашенко? Программист из Витебска, создавший чемпиона Беларуси
  5. Посол Армении не вернется в Беларусь, пока Ереван не получит объяснений или извинений за слова Лукашенко — спикер армянского парламента
  6. «Частичный провал». Экономист Лев Львовский — о снятии санкций США с «Лакокраски» и «Беллесбумпрома»
  7. Визовый центр Италии в Минске приостановил регистрацию новых заявителей в лист ожидания
  8. «Почему вселенная вам не посылает такого мужчину?» Жена близкого к власти очень богатого бизнесмена учит женщин, как найти миллиардера
  9. Ребенка не пустили в развлекательный центр из-за одной подписи. Оказалось, так нельзя
  10. Фильм вышел так себе, но эротическая сцена зацепила зрителей, а актеры стали звездами. Как снимали первый беларусский блокбастер
  11. Комитет по здравоохранению ответил минчанке, которая пожаловалась на тяжелые роды в 5-м роддоме Минска
  12. «Даже не собираюсь». Родителей школьников попросили сообщить, сколько они зарабатывают
  13. США снимают ряд санкций за освобождение еще 25 политзаключенных
  14. Лукашенко уволил главу милиции Витебской области
  15. Коул опубликовал первое фото освобожденных политзаключенных — среди них гендиректорка TUT.BY Людмила Чекина
  16. Спецпосланник Трампа по Беларуси Джон Коул прибыл в Минск на переговоры с Лукашенко
  17. «Взрослого мужчину невозможно увести из семьи». Экспертка о том, почему в комментариях набросились на убитую беременную минчанку
  18. Уникальный артефакт нашел беларус, купаясь в реке Проня: ученые говорят, что таких в стране единицы
  19. Служил в Иране, был против войны, создал Василя Быкова. Пять пунктов о классике, чье имя вам наскучило со школы — а зря


/

Расстались Анфиса и Сергей Федоруки, которые в конце 2025-го репатриировались в Израиль. Об этом Анфиса рассказала в своем телеграм-канале.

Анфиса и Сергей Федоруки в июне 2026-го. Скриншот: instagram.com/fedoruk_fam
Анфиса и Сергей Федоруки в июне 2026-го. Скриншот: instagram.com/fedoruk_fam

Анфиса Федорук рассказала, что 3 сентября переехала к женщине, с которой работает. И теперь в Израиле она одна, «да и не в Израиле, в принципе, тоже».

«Моя жизнь разделилась на „до“ и „после“. Вы, конечно, молодцы, столько догадок написали. Но это и не адаптация в Израиле, и не проблемы с деньгами или на работе. Это наши личные взаимоотношения с Сергеем, которые не сложились. Мне нужно время это пережить. Я не хочу что-то объяснять и отвечать на вопросы. Во-первых, мне самой нужно время все это осознать. Во-вторых, я не хочу делать Сергею больно и выносить наружу то, что происходило между нами», — написала блогерка.

По ее словам, она в полном шоке от «собственной жизни, которая развернулась на 180 градусов». А 3 сентября у нее «больше не осталось сил продолжать».

«Что будет дальше? Я не знаю. Одно знаю точно, что это был самый тяжелый шаг в моей жизни. Уйти с одним чемоданом в неизвестность в новой стране. И я сделала этот шаг, потому что почувствовала, что так будет правильно сейчас. А время покажет и расставит все на свои места», — отметила она.

Анфиса и Сергей Федоруки с паспортами Израиля. 25 декабря 2025 года. Фото: wfisaw, instagram.com
Анфиса и Сергей Федоруки с паспортами Израиля. 25 декабря 2025 года. Фото: wfisaw / instagram.com

Напомним, Анфиса и Сергей Федоруки получили широкую известность из-за внушительной разницы в возрасте в 31 год. Как рассказывала девушка в одном из интервью, первый раз они поцеловались, когда еще были в статусе студентки и преподавателя. Позже оба ушли из колледжа, официально поженились и завели совместный блог. Раньше Анфиса рассказывала, что давно думала о переезде, а мысль о том, что она могла остаться в Минске навсегда, приводила ее «чуть ли не в какое-то отчаяние».