Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Были уверены, что в Беларуси достойного погребения не будет». Инна Кулей — о смерти Милинкевича и будущем его наследия
  2. Лукашенко «в общем-то, не возражает» против освобождения политзаключенных «в определенной степени» — глава МИД Рыженков
  3. Беларуска похвасталась в соцсетях заработком почти в 4,8 тысячи рублей за выходные. В комментарии пришла налоговая
  4. Какие есть правила, чтобы ситуаций, как с рейсом Flydubai, не случалось? И почему они не сработали? Спросили у пилота «Белавиа»
  5. Приговоренная к казни американка пережила смертельную инъекцию
  6. «После рождения сына жизнь Яны превратилась в ад». Мать погибшей в Израиле беларуски рассказала подробности трагедии
  7. Вскоре появится изменение, которое затрагивает пенсионеров и семьи с детьми
  8. В чате о беларусско-польской границе написали о нетипичных изменениях в работе пункта пропуска «Тересполь». Спросили у пограничников
  9. «Работать не равно зарабатывать». Беларуса заинтересовало, кто в Минске получает 4000 рублей
  10. В Хайфе убили 31‑летнюю беларуску Янину. У нее остался двухмесячный сын
  11. Троллейбус один, а платить за проезд нужно дважды? В «Минсктрансе» объяснили необычное правило
  12. Россия ограничила вывоз наличных рублей в Беларусь — о какой сумме идет речь
  13. Вышла замуж за владельца «Экомедсервиса», живет во Франции, родила троих детей. Как сложились судьбы солисток группы «Топлесс»
  14. «Называют это состояние парадоксом». Экспертка рассказала, что происходит на рынке недвижимости в Минске


/

Яков Куделевич, сын одного из лидеров стачкома «Беларуськалия» Дмитрия Куделевича, вышел из комы после 73 дней. Об этом «Радыё Свабода» сообщил отец молодого человека Дмитрий.

Архивное фото семьи. Яков и Дмитрий Куделевичи. Фото: Facebook Дмитрия Куделевича
Архивное фото семьи. Яков и Дмитрий Куделевичи. Фото: Facebook Дмитрия Куделевича

Яков находился в больнице в Чехии. 24 июня Дмитрию неожиданно позвонила мать парня и сказала, что сын хочет с ним поговорить.

«Для мяне гэта было як гром сярод яснага неба. 73 дні сын знаходзіўся ў глыбокай коме. І калі я ўзяў слухаўку, ён кажа: „Добры дзень, тата“. Гэта цяжка перадаць, наколькі гэта было моцна і пранікліва. <…> Паедзем з дачкой наведваць нашага сына і падымаць яго, таму што ён цяпер у прытомнасці, мае зносіны, усё добра памятае, ніякага парушэння гаворкі няма. Але ён не кіруе канечнасцямі, рукамі, нагамі, знерухомлены, на жаль. Працягваецца інтэнсіўная тэрапія», — рассказал Дмитрий.

Прогнозы дальнейшего лечения врачи пока не дают.

«Гэта, вядома, цуд не толькі для нас, ну, родных і блізкіх, але і для лекараў, я так разумею, бо ніхто не чакаў, што будзе вось менавіта так. Таму ніякіх прагнозаў, бо гэта такая неардынарная сытуацыя. Ну лекары вельмі асцярожныя, усміхаюцца. Я вам скажу, так, у адзяленні ў шпіталі нават агульнае становішча змянілася», — рассказал мужчина.

Он также добавил, что сейчас семья ждет суда по международной защите для Якова.

«Я маю на ўвазе рашэнне чэшскага суда па абскарджанні адмовы ў міжнароднай абароне. У нас вельмі моцная падтрымка. Я сёння вось проста паглядзеў тыя лісты, якія нам даслалі ў падтрымку, і афіцыйныя лісты ёсць, накіраваныя на адрас чэшскага суда», — рассказал Дмитрий.

Напомним, Яков Куделевич переехал в Чехию в 2021‑м и пошел там учиться. Выбрал эту страну, потому что так посоветовал ему отец. Он поступил в Остравский технический университет, изучал биомедицинские технологии. Три курса парень провел на этой сложной специальности, но в 2024‑м дважды не сдал один экзамен и был отчислен. Так парень лишился законного основания жить в Чехии и пошел искать другие способы легализации.

Сначала парень пытался получить новую визу, нашел себе работу и университет в Праге, но и там не сложилось. На него даже успели выписать решение о депортации. Чтобы избежать высылки, парень решил идти в лагерь беженцев и подаваться на международную защиту.

10 апреля Яков получил ответ, что в международной защите ему отказывают. Неизвестно, имел ли парень какие-либо доказательства того, что в Беларуси ему действительно грозит преследование.

13 апреля Яков обратился к адвокату, и тот сказал парню, что обжалование отказа стоит 35 тысяч чешских крон — больше 1400 евро. Таких денег у Якова не было, и его перенаправили к бесплатному адвокату.

Примерно в то же время парень поссорился с девушкой.

Вечером 13 апреля Яков перестал выходить на связь. Ему звонили, пока телефон у парня полностью не разрядился, и тогда его девушка попросила, чтобы Якова навестили в его комнате — проверить, все ли хорошо. Когда зашли, увидели, что парень лежит без сознания.

Из лагеря для беженцев, где он находился, Якова перевезли в реанимацию города Рихнов-над-Кнежнов. У беларуса диагностировали сильное отравление тяжелыми лекарствами.