Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Хайфе убили 31‑летнюю беларуску Янину. У нее остался двухмесячный сын
  2. Какие есть правила, чтобы ситуаций, как с рейсом Flydubai, не случалось? И почему они не сработали? Спросили у пилота «Белавиа»
  3. «Работать не равно зарабатывать». Беларуса заинтересовало, кто в Минске получает 4000 рублей
  4. Троллейбус один, а платить за проезд нужно дважды? В «Минсктрансе» объяснили необычное правило
  5. «После рождения сына жизнь Яны превратилась в ад». Мать погибшей в Израиле беларуски рассказала подробности трагедии
  6. Вышла замуж за владельца «Экомедсервиса», живет во Франции, родила троих детей. Как сложились судьбы солисток группы «Топлесс»
  7. В чате о беларусско-польской границе написали о нетипичных изменениях в работе пункта пропуска «Тересполь». Спросили у пограничников
  8. Приговоренная к казни американка пережила смертельную инъекцию
  9. «Называют это состояние парадоксом». Экспертка рассказала, что происходит на рынке недвижимости в Минске
  10. Вскоре появится изменение, которое затрагивает пенсионеров и семьи с детьми
  11. «Были уверены, что в Беларуси достойного погребения не будет». Инна Кулей — о смерти Милинкевича и будущем его наследия
  12. Беларуска похвасталась в соцсетях заработком почти в 4,8 тысячи рублей за выходные. В комментарии пришла налоговая
  13. Россия ограничила вывоз наличных рублей в Беларусь — о какой сумме идет речь
  14. Лукашенко «в общем-то, не возражает» против освобождения политзаключенных «в определенной степени» — глава МИД Рыженков
Чытаць па-беларуску


/

Правовую оценку уже получили все участники протестов 2020 года, их организаторы и «те, кто вынашивал планы насильственного изменения конституционного строя». Об этом на Петербургском международном юридическом форуме заявил глава Следственного комитета Беларуси Константин Бычек, сообщила пресс-служба ведомства.

Глава Следственного комитета Беларуси Константин Бычек на Петербургском международном юридическом форуме, 25 июня 2026 года. Фото: СК
Глава Следственного комитета Беларуси Константин Бычек на Петербургском международном юридическом форуме, 25 июня 2026 года. Фото: СК

По словам Бычека, события 2020 года стали серьезным испытанием для всего госаппарата, ведь «деструктивные силы» пытались реализовать «сценарий цветной революции».

«Но следователи выдержали это давление и с честью выполнили свой долг. Правовую оценку получили все участники массовых беспорядков, их организаторы, лица, оказывавшие сопротивление правоохранителям и — самое главное — те, кто вынашивал планы насильственного изменения конституционного строя», — заявил Бычек.

Среди достижений своего ведомства он отметил то, что уехавшие из страны «не ушли от уголовного преследования», а еще введение института спецпроизводства (позволяющего потом проводить заочный суд. — Прим. ред.) Также говорил, что «активно пресекаются попытки виновных скрыть свой доход и имущество, подлежащее конфискации».

Бычек заявил, что сейчас готовность системы нацбезопасности к отражению любых посягательств становится вопросом первостепенной важности. Поэтому беларусские следователи «отрабатывают алгоритмы действий в условиях, максимально приближенных к боевым» вместе с российскими коллегами.

Напомним, в 2025 году истекали сроки давности по ст. 342 УК за участие в протестах. Как заявляли правозащитники BYSOL, тогда «силовики прямо как с цепи сорвались».

«Сейчас мы видим, что возможностей продлить сроки действия 342-й статьи они не нашли, поэтому активнее стали использовать ст. 293 („Массовые беспорядки“. — Прим. ред.) — она более тяжелая, и срок давности по ней составляет десять лет», — рассказывали в организации в начале 2026-го.

Тем временем политические репрессии в Беларуси продолжаются, а за решеткой на 25 июня находились 852 политзаключенных, согласно данным правозащитного центра «Вясна».

В организации BELPOL заявляли, что в Беларуси с 2020 года по политическим мотивам репрессировали 500 тысяч человек. По словам правозащитника и нобелевского лауреата Алеся Беляцкого, не меньше 100 тысяч беларусов стали жертвами репрессий. По его оценкам, в стране было возбуждено более десяти тысяч «политических» уголовных дел.