Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  2. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  3. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  4. Почобут заявил, что съезд Союза поляков Беларуси откладывается, но сам он все равно вернется в Гродно
  5. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  6. Почти 90 лет назад произошло одно из самых невероятных событий в медицине — родила 5-летняя девочка. Рассказываем об этом случае
  7. Дожди, туман и похолодание: какой будет погода в Беларуси на следующей неделе
  8. «Мы об этом никогда не договаривались». Уиткофф в Кремле поблагодарил Путина за три дня без ударов по Киеву — ответ был неожиданным
  9. «Где беларусы?» Минчанин удивился, что его квартирой интересуются только россияне, — в комментариях все объяснили
  10. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  11. Кому беларусы доверяют сильнее всего — исследование дало неожиданный расклад
  12. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  13. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  14. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники


Читатель Zerkalo.io рассказал, что минских председателей ТС и ЖКС вызывают на беседы в КГБ, где подробно расспрашивают о событиях 2020 года и требуют подписать согласие о сотрудничестве. Одного из председателей товарищества собственников в Минске уже вызывали в КГБ — он рассказал Zerkalo.io подробности визита.

Здание КГБ в Минске. Иллюстративное фото

Валентин (имя изменено) возглавляет несколько товариществ собственников в Минске. На беседу в КГБ его позвали по телефону, а на требования прислать официальную бумагу заявили: «Если не хотите так, мы сами за вами приедем». Собеседник решил прийти самостоятельно.

Беседа в районном отделении КГБ длилась примерно полтора часа. Сотрудник, который беседовал с Валентином, сначала задавал много личных вопросов: где он был в 2020 году во время массовых акций, участвовал ли в них, задерживали ли его друзей или родственников. Интересовался, как он относится к силовым органам, к санкциям, «жестили» ли силовики в августе 2020-го.

— Я говорил, что я обычный человек — работаю и никуда не лезу. Естественно, отвечал, что нигде не был, дома сидел и все. Давал ответы, которые он хотел услышать, а с другой стороны, мои слова были ни о чем.

Потом сотрудник КГБ заговорил о работе — и сам перечислил все товарищества, в которых работает Валентин.

— Начал спрашивать, есть ли у меня соседи, которые где-то засветились, были под арестом или что-то такое. Я говорю, что не знаю — общаюсь с людьми только в рамках рабочих вопросов. Спрашивал, были ли у нас флаги на окнах, узнавал номера квартир — отвечаю, что в то время было много флагов на окнах, возможно, и у нас были.

Третий этап беседы — предложение о сотрудничестве. Точнее, Валентина просто поставили перед фактом и продиктовали текст документа.

— Спросили: «Могли бы вы нам помогать?» Хотели, чтобы я сразу «сливал», если кто-то будет спрашивать про политику, повесит наклейку, флаг, крикнет лозунг или выскажет свое мнение. Я говорил, что ничем не могу помочь — при мне такого не было. Он в ответ: «Настоятельно рекомендую с нами сотрудничать». Хотели знать все про людей: кто чем дышит, о чем думает.

Мужчине дали лист бумаги, где он фактически под диктовку написал, что не имеет права рассказывать об этой беседе и что будет всячески способствовать раскрытию «экстремистских формирований». Правда, про последствия недостаточно старательного способствования в КГБ ничего не сказали.

— Естественно, я это написал, потому что вариантов тут особо не было. Я знаю, что некоторые коллеги отказывались ходить — их потом снимали с должности, и сейчас там будут перевыборы председателей.

По словам Валентина, его случай не единичный: кого-то уже вызывали, кто-то еще только пойдет. «Видимо, это будет носить массовый характер», — уверен собеседник. Когда начались такие «беседы», председатель товарищества собственников точно не знает, но предполагает, что несколько недель назад.

— Но если я всегда буду отстаивать интересы моих жильцов, может кто-то другой и будет сливать эту информацию. Поэтому я хочу, чтобы люди знали о том, что происходит.

По словам Валентина, председателей товариществ собственников просили рассказывать про «неблагонадежных соседей» и в 2020 году, но тогда это исходило от районной администрации — просто по телефону говорили, что нужны данные людей, на окнах у которых висят флаги.

— И я категорически отказывался: можете хоть увольнять, хоть что, я на это не пойду никогда в жизни. А теперь они вышли на новый уровень.