Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  2. Забрали целый регион, назад отдали семь деревень. Вот как последний раз менялась граница Беларуси
  3. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  4. В МИД Италии объяснили, как подозреваемый в диверсии мог получить визу в Минске. Посольство страны называют «самым щедрым» для туристов
  5. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  6. «Это она». Зеленский официально дал старт операции M&Ms против московских аэропортов — The Atlantic
  7. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  8. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  9. Лукашенко озадачился зарплатами в Минске
  10. Что будет, если под постом со свастикой оставить эмодзи-какашку? Представитель ГУБОПиК ответил
  11. Умер один из авторов школьного учебника по истории Беларуси Андрей Соловьянов. Ему было 45 лет
  12. Из-за этого правила можно попасть в пенсионную «ловушку». О нем знают явно не все
  13. Подразделения Сил обороны Украины получили приказ соблюдать временный режим тишины на фронте — «Украинская правда»
  14. «Пользоваться нельзя будет». «Беларусбанк» призвал клиентов совершить одно действие, чтобы они не столкнулись вскоре с проблемами
  15. Беларуска показала, сколько ей насчитали налога на «роскошное» авто. В комментариях некоторые удивились
  16. Ждать ли беларусам торнадо 4−5 сентября? Синоптики ответили
  17. На субботу объявили оранжевый уровень опасности
  18. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  19. Уроженец Беларуси с британским паспортом приехал в Россию на похороны бабушки. Его избили полицейские, а в СК посоветовали покинуть РФ
  20. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники
  21. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  22. Вводят изменение, которое касается пересечения границы
  23. Помните вагнеровцев, которых перед выборами-2020 задерживали в Минске и обвиняли в сговоре с Тихановским? Узнали, как сложились их судьбы
  24. «Еле поступили». В Минобразования назвали самую популярную рабочую специальность
  25. «Вызывают у меня чувство глубокой брезгливости». Статкевич высказался о конфликте Тихановского с независимыми СМИ и блогерами


В беларусской экономике все более явно видны перекосы. Однако Нацбанк пока продолжает игнорировать решения, которые могли бы изменить ситуацию. Почему так происходит, объяснил научный сотрудник BEROC, экономист Анатолий Харитончик во время брифинга 25 июня.

Иллюстративный снимок. Фото: TUT.BY
Иллюстративный снимок. Фото: TUT.BY

Чрезмерный спрос и слишком доступное кредитование начали вредить экономике

Экономист Анатолий Харитончик отмечает, что для поддержания инвестиционной активности беларусского бизнеса сейчас нет необходимости в мягких условиях кредитования. Тем не менее, имея слишком много денег, банки идут на их смягчение (в плане условий и доступности, а не ставок).

— Объем нового кредитования в целом в мае, по предварительным расчетам, превысил 90% месячного ВВП. Это пиковый уровень, — говорит Анатолий Харитончик. — Именно новое кредитование стимулирует выпуск (товаров. — Прим. ред.). Сейчас оно растет такими высокими темпами не столько из-за директивных кредитов, а из-за того, что условия по рыночным кредитам не жесткие, и в банковской системе профицит ликвидности. А спрос со стороны внешнего сектора высокий, фирмы его хотят удовлетворить и могут это сделать из-за того, что условия по кредитам приемлемые.

Однако вместо стимулирования инвестиционной активности это поддерживает избыточный спрос на товары и услуги в экономике и ее перегрев.

— Больше всего перегрет потребительский спрос, который усилился в мае. Это стало еще одним важным фактором роста ВВП (в мае он внезапно вырос на 5,2%. — Прим. ред.). Потребление товаров в реальном выражении сейчас более чем на 15% превышает средний уровень 2021 года, а в непродовольственном сегменте — более чем на 21%. Спрос населения на услуги также, судя по всему, оставался высоким, — говорит Анатолий Харитончик.

Слишком высокая потребительская активность связана со стремительным ростом зарплат, расширением социальных расходов бюджета, доступностью кредитования.

Аналитик обращает внимание, что благодаря росту заработков увеличиваются срочные рублевые вклады — доля доходов, которые люди переводили в такую форму сбережения, в первом квартале была на максимуме за последние годы. Но средства на текущих счетах людей растут еще быстрее.

— Это значит, что в условиях значительного повышения дохода и мягких условий кредитования население имеет возможность и сберегать, и потреблять. Однако потребительские мотивы все еще перевешивают, — объясняет экономист.

При таком раскладе, по мнению эксперта, для уменьшения перегрева экономики и ее постепенного возврата к сбалансированному состоянию следовало бы охлаждать потребительский спрос. Делается это, как правило, через ужесточение денежно-кредитной политики и ограничения льготного кредитования. Но в Беларуси ситуация происходит обратная.

За пять месяцев объем выданных новых кредитов прибавил более 40% к соответствующему периоду прошлого года, подчеркивает аналитик.

— При этом в январе представитель Нацбанка Сергей Калечиц декларировал ожидаемый объем нового кредитования в текущем году на уровне 2023-го, — говорит эксперт. — Чтобы сейчас вернуться к этому индикатору, должен случиться резкий спад кредитной активности (что выглядит совсем маловероятным). Экономика растет вблизи 5%, при оцениваемом Нацбанком в январе 2024-го сбалансированном росте около 1% и его же заключении о том, что перегрев экономики уже в первом квартале был вблизи 2% потенциального ВВП. Если бы Нацбанк опирался на принцип последовательности в своей политике, то отсутствие активных действий с его стороны как минимум требовали бы дополнительных пояснений. А вообще-то активных действий.

Почему Нацбанк ничего не предпринимает

Аналитик не исключает, что на Нацбанк оказывается давление со стороны правительства, чтобы он поддерживал мягкие условия кредитования, в первую очередь для предприятий. Но дело может быть не только в этом, добавляет эксперт.

— Судя по тому, что Нацбанк очень инертно реагирует и ничего не делает, хотя действительность сильно отклоняется от их же ожиданий в начале года. Даже с учетом давления правительства они могли бы сказать, что растут кредиты более чем на 40%, что экономика растет на 5% выше планов, и предложить чуть подужесточиться, дабы не было уже таких сильных угроз макроэкономической дестабилизации. Тут переговорная позиция у Нацбанка неплохая, — считает Анатолий Харитончик.

Однако отсутствие каких-либо действий со стороны регулятора, по мнению экономиста, может указывать на проблемы во внутренней коммуникации и некоторой несогласованности. То есть, возможно, часть членов правления Нацбанка считают, что не такой уж и большой сейчас перегрев экономики, и видят возможности справиться с ним.

— Часть, вероятно, придерживается другого мнения, — говорит экономист, опираясь на заявления представителей регулятора по оценкам существенного инфляционного навеса. — Я бы не исключал, что в ближайшие месяцы мы все же увидим некоторое ужесточение монетарной политики. Это не будет поднятие ставки рефинансирования, скорее всего. Но, возможны какие-то действия с фондом обязательных резервов или с операциями регулирования ликвидности.