После того как 9 мая стало заметно, что Александр Лукашенко испытывает проблемы со здоровьем, на протяжении более чем пяти дней его окружение тщательно скрывало состояние политика, сам он на публике не появлялся, что породило множество вопросов. На шестой день Лукашенко все-таки показали — с очевидными признаками все еще не решенных проблем со здоровьем. Что подвигло прервать молчание и продемонстрировать обществу отфотошопленного и тяжело дышащего политика? Спросили у экспертов.
Сначала скрывали болезнь, а потом показали «выздоровление», которого нет
Политолог и директор института «Палітычная сфера» Андрей Казакевич подчеркивает, что в связи с паузой, которая сложилась после того, как 9 мая стало известно о плохом состоянии Александра Лукашенко, сам политик и его окружение находились под сильным информационным давлением.
— Это случилось в очень неподходящий момент, когда он должен был выступать 9 мая. Если бы такая ситуация произошла в менее знаковые даты, можно было бы ее как-то скрыть. Но раз она стала достоянием публики, пришлось реагировать — и показать слабость. Это было не лучшее решение, но и дальнейшая пауза создала бы еще больше проблем, — объясняет эксперт.
То, как окружение Александра Лукашенко отработало его болезнь и появление на публике после длительной паузы, по мнению Казакевича, показывает, что никто не хотел брать на себя ответственность по подготовке к тому, как этот выход в свет будет воспринят.
— Выглядит так, что за всем этим стоит организационная пустота, все ждали решений от самого Лукашенко, его указаний. Исходя из того, как работает госаппарат и люди, занимающиеся связями с общественностью, мы видим, что никто не хотел брать на себя ответственность и инициативу, тем более в таком чувствительном вопросе. Скорее всего, все ждали до последнего. Мы не можем исключить вариант, что Лукашенко вдруг сказал, что чувствует себя нормально и готов что-то делать — и у людей было 30 минут, чтобы все организовать. Если все завязано на одного человека, исполнителям важно не ошибиться и не проявить лишнюю инициативу, а просто ждать указаний, которые спускают сверху.
Политический обозреватель Валерий Карбалевич связывает манеру отработки ситуации с болезнью Александра Лукашенко с особенностью организации власти в Беларуси, которая полностью завязана на одной фигуре.
— Проблема в том, что все важные решения в Беларуси принимает один человек — сам Лукашенко. Без его согласия ни его окружение, ни пресс-служба не могли озвучивать какую-либо информацию о состоянии его здоровья, — рассуждает аналитик. — Когда в стране случается какая-то необычная ситуация, система просто впадает в ступор. В последнее время такое было несколько раз, например, когда умер Владимир Макей, когда была диверсия в аэропорту в Мачулищах. Тогда государственные медиа и институты некоторое время фактически были парализованы, впали в ступор и не знали, как реагировать. Примерно то же самое было и здесь.
По его мнению, появиться на публике 15 мая, несмотря на все еще слабое состояние, было решением самого Александра Лукашенко.
— Он это сделал, чтобы снять ажиотаж. То есть для него он был очень болезненным — Лукашенко боится даже на краткое время упускать ситуацию и контроль в стране. Поэтому ему понадобилось, недолечившись, выйти на публику, чтобы доказать, что он «здоров», держит власть, чтобы, может быть, какие-то слухи не начали распространяться. Хороших вариантов не было. Первый — не появляться и говорить, что он работает над документами, — порождает слухи, что там вообще очень серьезные проблемы. Второй вариант — появиться не до конца выздоровевшим. Видимо, посчитали, что это меньшее зло. По моему мнению, было бы правильнее с точки зрения самого Лукашенко просто сказать, что да, он заболел, подхватил вирус, голос сел. Это бы воспринялось более спокойно и нормально, чем сокрытие любой информации, в результате чего появлялись слухи (а они всегда преувеличивают реальную проблему).
Какой посыл получает общество и функционеры от этой ситуации
Валерий Карбалевич видит два сигнала, которые получает, с одной стороны, общество, с другой — функционеры и окружение политика. Первый из них связан с самим фактом болезни Александра Лукашенко.
— Факт болезни невозможно было скрыть — и месседж получили такой, что власть Лукашенко, существование его режима имеет свои пределы. Этот сигнал дает основания задуматься. Самым выразительным представлением этой ситуации был пост в Facebook провластного пропагандиста Шпаковского, который заявил, что эпоха Лукашенко заканчивается. Это очень точная формулировка того, о чем сейчас думает номенклатура, какой сигнал она получила от этой ситуации с болезнью.
Отдельно, по мнению Валерия Карбалевича, стоит рассматривать появление Лукашенко на публике.
— Тут сигнал другой: Лукашенко очень болезненно воспринял ажиотаж, который появился в негосударственных медиа по поводу его здоровья. Эта ситуация настолько болезненная, что он и его окружение стремились показать, что его властный статус никуда не делся, он сохраняется — чтобы никто не подумал чего-то нехорошего.
Он приводит в пример то, как подавались общественности выступления Романа Головченко и Виктора Хренина: каждый раз чиновники делали акцент на том, что говорят по поручению Александра Лукашенко. Это делалось для того, чтобы «понимали, что он не преемник, что это не новый начальник в стране — а просто инструмент в руках Лукашенко».
По мнению Андрея Казакевича, сама по себе болезнь политика и то, как связанную с ней ситуацию отработали в Минске, означает «переход к новому этапу ослабления его имиджа».
— Еще несколько лет назад [до 2020 года] Лукашенко считался непобедимым в электоральном плане. Он довольно уверенно и свободно чувствовал себя на международной арене как самостоятельный политик, который может вести игры и с Западом, и с Востоком. И первое, и второе теперь в прошлом, но все еще оставался образ сильного, энергичного политика, который занимается спортом и не имеет проблем со здоровьем. Сейчас мы вступаем в новую эпоху, когда и это под вопросом. Это удар не только по внешнему имиджу, но и для собственной оценки. Ведь для Александра Лукашенко было важно, чтобы его все считали сильным и здоровым, а не просто стареющим человеком. То, что человек болеет, — это естественно. Но дело в том, что Александр Лукашенко в течение практически всей своей карьеры всегда делал ставку на то, что его это не касается, что болезнь или физическая слабость — это не о нем.
Андрей Казакевич считает, что ситуация со здоровьем политика будет иметь последствия для белорусских правящих кругов.
— Это стало серьезным напоминанием о том, что вся сила государства, президентской власти может очень быстро исчезнуть в результате естественных причин. Значит, надо серьезно думать о будущем, а не делать вид, что правление Александра Лукашенко может продолжаться вечно. Такие события возвращают в реальность и ставят вопрос необходимости существенных политических изменений. Они ставят вопрос, кто будет после, как может выглядеть транзит власти, какие политические институты нужно развивать, чтобы сделать систему более устойчивой. Дискуссия об этом велась и раньше, теперь она снова становится актуальной.
Поблагодарить за статью