В Беларуси хотят сократить список объектов историко-культурного наследия. Под угрозой памятники архитектуры, пережившие войны и десятилетия запустения. Почему власти хотят лишить их охранного статуса? Разбиралась Deutsche Welle.
Из Государственного списка историко-культурных ценностей Беларуси могут только в одном Клецком районе Минской области исключить сразу семь объектов. Об этом сообщает телеграм-канал «Спадчына», посвященный архитектурному наследию Беларуси.
В распоряжении авторов оказался документ Минского облисполкома, согласно которому местным властям поручено подготовить материалы для лишения ряда исторических объектов статуса историко-культурной ценности. Среди них — деревянный дворец Радзивиллов в усадьбе «Радзивиллимонты», построенный в 1780-х годах, фрагменты фольварка Войниловичей в деревне Кунцевщина, усадебные комплексы в Туче, Голынке, Летяшине и Тясновке, а также историческая мельница в Шейках, которая недавно полностью разрушилась без надлежащего ухода.
По мнению авторов телеграм-канала, после снятия охранного статуса эти памятники могут быть снесены. Также эксперты опасаются, что такая практика распространится на всю страну.
«Шаг нельзя назвать неожиданным»
Решение о возможном сокращении списка объектов историко-культурных ценностей, вероятно, принималось на уровне высшего руководства страны. Такое мнение в беседе с DW высказал эксперт по вопросам сохранения историко-культурного наследия, попросивший не называть его имени.
По его словам, этот шаг нельзя назвать неожиданным. Собеседник считает, что возможность избавиться от части охраняемых объектов искали давно, поскольку их содержание и реставрация требуют денег, времени и научного подхода. Эксперт предполагает, что подобные распоряжения получили и в других регионах Беларуси.
Он обращает внимание на то, что в последние годы под предлогом наведения порядка в регионах активно сносят все заброшенные здания. «Для наведения порядка нужно снести все, что считается заброшенным, а таких объектов много. Получается постоянный поток денег на демонтажные работы», — говорит собеседник.
И здесь, по его мнению, чиновникам как раз и может мешать охранный статус: они не могут ни отчитаться о реставрации объектов, ни получить деньги на их снос. Если кампания окажется массовой, то первыми под удар попадут бывшие шляхетские усадьбы и старые хозяйственные здания, вроде мельницы в Шейках.
У местных властей нет стратегии сохранения усадеб?
«Чиновники не могут исключить из списка, например, памятники археологии, потому что за них отвечает Академия наук. Культовые сооружения — это также конфликтогенная зона, где сталкиваешься с интересами православной и католической церкви. Остаются братские могилы, советские мемориалы и памятники Ленину, которые будут трогать в последнюю очередь», — объясняет собеседник.
Что касается усадеб, то многие из них уже находятся в руинированном состоянии, и у местных властей фактически нет стратегии их сохранения: «Есть только одна идея — попытаться их продать. Если это не удается, решают их снести».
Собеседник уверен, что у этих объектов могло быть совершенно другое будущее и что при должном внимании восстановить можно практически любой памятник архитектуры.
«Эти объекты дожили до нашего времени, мы примерно представляем, как они выглядели, у нас есть какие-то фотографии, у нас есть аналоги. Мы можем посмотреть, как сделано в соседней усадьбе, и повторить это. Это тоже считается научным подходом», — считает эксперт.
Еще одним выходом могла бы стать государственная программа по консервации руин:
«Это не так сложно и не требует таких уж колоссальных затрат».
Латушко считает, что нужно привлекать ЮНЕСКО
О происходящем с беларусским историческим наследием необходимо говорить на международном уровне, в том числе информировать ЮНЕСКО, считает политик, бывший министр культуры Беларуси Павел Латушко. Он называет политику беларусских властей в этой сфере «антигосударственной».
Латушко вспоминает период, когда список охраняемых памятников расширялся. За время его работы министром культуры число объектов в Государственном списке историко-культурных ценностей Беларуси выросло с 4780 в 2009 году до 5425 в 2012-м. По словам собеседника, министерству регулярно приходилось преодолевать попытки вывести отдельные памятники из-под охраны государства. Иногда инициатива, по его словам, исходила напрямую от Александра Лукашенко.
В частности, вспоминает Латушко, беларусский правитель однажды заявил, что бизнесмены якобы жалуются на невозможность реализовывать инвестиционные проекты в историческом центре Минска из-за большого количества охраняемых объектов. По словам бывшего министра, тогда Лукашенко предложил сократить число памятников вдвое.
«Мне повезло, я избежал этого момента. Но, как мы видим, что в эти дни кому-то вновь пришло в голову и, скорее всего, это доложено Лукашенко, дать поручение значительно сократить количество памятников на территории Беларуси», — говорит Павел Латушко.
«Идеология пишется в Москве»
Сокращение списка историко-культурных ценностей, по мнению собеседника DW, вписывается в современную беларусскую идеологию, которая во многом отрицает или маргинализирует исторические периоды, связанные с Великим княжеством Литовским, Речью Посполитой и другими этапами беларусской истории. «И под эту идеологию, которая пишется в Москве, а переписывается доморощенными беларусскими историками, выстраивается сегодня и политика в сфере охраны историко-культурного наследия», — отмечает Латушко.
Речь может идти не просто об утрате отдельных зданий, а об уничтожении целого исторического пласта. По словам Латушко, шляхетские усадьбы важны не только как памятники архитектуры. Каждая из них является частью исторической памяти страны, сохраняет истории родов, людей и событий, которые влияли на формирование Беларуси.
При этом даже серьезно поврежденные памятники зачастую можно восстановить. Латушко напоминает, что в современной Беларуси были примеры, когда объекты, пострадавшие в результате войн или пожаров, успешно реставрировали. Но восстановить историческое здание с нуля, если это возможно, чрезвычайно сложно, дорого и долго. «Когда бульдозером снесут здание в ноль вместе с фундаментом, восстановить будет очень дорого и очень сложно. <…> Масштаб той беды, который может быть нанесен сейчас, мы не знаем», — резюмирует Латушко.