В одной из сельских усадеб Беловежской пущи обнаружили жука медляка-вещателя (Blaps mortisaga), сообщает пресс-служба нацпарка.
Это самые крупные чернотелки нашей фауны, достигающие в длину 20−30 мм, тело у них черное, обычно матовое, надкрылья на вершине вытянуты в короткий «хвостик».
Насекомые данного рода не умеют летать, поскольку задние крылья у них не развиты. Об этом также говорит то, что их очень жесткие надкрылья будто «спаяны» между собой и плотно прижаты к нижней стороне брюшка.
Медляки — ночные жуки, днем они прячутся в темных укрытиях по щелям и норкам. Ночью же отправляются на поиски еды. Питаются органическими отходами, разлагающимися частями растений, старой древесиной, древесными губками, мертвыми насекомыми, падалью и экскрементами. Они играют важную роль в расщеплении таких веществ.
«Вид нельзя назвать вредителем запасов, в худшем случае он становится „загрязнителем“ запасов, когда слишком размножается. Жук живет несколько лет и также легко может содержаться в неволе. В случае опасности он замирает с вытянутыми ногами — притворяется мертвым и выделяет на конце брюшка зловонный защитный секрет для отпугивания врага. Секрет весьма вонюч и устойчив, так что у медляка практически нет врагов в природе», — пишет пресс-служба нацпарка.
Большинство медляков — пустынные жители и любители засушливых мест. Но этот вид — единственный в роду, который предпочитает влажную среду. В Беларуси живет исключительно в населенных пунктах, где поселяется в сырых подвалах и хозяйственных постройках. В дикой природе у нас они практически не встречаются.
Этого жука впервые описал легендарный шведский ученый Карл Линней в середине XVIII века как Tenebrio mortisagus. Название вида буквально означает «легенда о смерти» или «предвещающий смерть» и намекает на древнее народное поверье, согласно которому эти безобидные насекомые — фатальные предвестники смерти. Еще более развил эту мрачную тему датчанин Иоганн Фабриций, который создал в 1775 году род Blaps, название которого является существительным от греческого глагола, означающего «ущерб, вред причиненный колдовской «порчей».
В фольклоре скандинавских народных верований присутствие этого жука в доме было ужасным предзнаменованием, предвещающим смерть его жителям. Трудно сказать, откуда пошло это поверье, тем более что этот жук не аборигенный для скандинавских стран и был скорее всего завезен в Швецию кораблями в XVIII веке. Вполне возможно, что на это повлияла способность насекомого притворятся мертвым или его внешний вид, который напоминает фрак шведских гробовщиков.
В настоящее время этот жук стал встречаться гораздо реже. Все меньше старых деревянных домов и хозяйственных построек, где они могут жить. И встреча с ним для многих исследователей — это не предвестник несчастья, а самая настоящая удача.